Среда, 14.11.2018, 19:10
Вы вошли как
Гость | Группа "Гости" | RSS
Главная | Мой профиль | Выход
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Разделы новостей
Вход
Календарь
Чат
Главная » 2010 » Февраль » 3 » Остаться в живых
Остаться в живых
11:46

Они были кумирами нашего детства, любили самых красивых женщин и одним ударом отправляли в нокаут плохих парней. Однако в новое время из всех героев боевиков 80-х только Арнольд Шварценеггер нашел себе место – в кресле губернатора. Остальные живут былыми заслугами. Журналист Бэн Уилсон навестил Стивена Сигала, Сильвестра Сталлоне, Жан-Клода Ван Дамма, Дольфа Лундгрена и Чака Норриса и узнал, что сейчас происходит в их жизни


Стивен Сигал
Последние лет двадцать обладатель седьмого дана по айкидо Стивен Сигал снимается в фильмах, одни названия которых вызывают улыбку: «На грани смерти», «Сегодня ты умрешь», «Король оружия». Зато он является почетным гражданином Калмыкии

Он стреляет из пистолета не прищуриваясь, никогда не меняет выражение лица и в каждом фильме играет одного и того же хорошего копа, у которого просто случился плохой день. Тем не менее фильмы Стивена Сигала заработали в мировом прокате $730 млн.– это на двести миллионов больше, чем картины какого-нибудь Шона Пена или Кристиана Бейла. Его энергетический напиток Lightning Bolt и одеколон Scent of Action прекрасно расходятся. В свободное время Сигал принимает активное участие в работе особого подразделения полиции штата Луизиана – он лично помогал пострадавшим от урагана Катрина, и корреспонденты CNN даже запечатлели волнующие кадры доставки спецагента Сигала вертолетом в Новый Орлеан.
Он по-прежнему в зените славы, но уже как блюзовый гитарист. Стивен называет себя Моджо Прист и гастролирует по миру с группой Thunderbox. Подростком я тоже разучивал блюзы и потому сразу решил, что на интервью лучше идти с гитарой, пусть я не брал ее в руки лет двадцать. Но на первой встрече сыграть нам не удалось. Меня пригласили на съемочную площадку очередного боевика, недовольный Сигал сидел в своем трейлере и жевал китайскую лапшу. Он лениво пожаловался, что Америку заполонили бездарные шлюхи, назвал Ван Дамма «торчком» и признался, что не читал сценарий фильма, в котором сейчас снимается. На этом аудиенция закончилось. Но пару месяцев спустя я добился еще одной встречи – на этот раз у него дома.

В смертельной зоне
Его дом в престижном районе Лос-Анджелеса имеет тот же почтовый индекс, что и дома Арни, Спилберга и Бритни Спирс. Горничная открывает нам с фотографом ворота. Посыпанная гравием дорожка ведет к слегка обветшавшему белому дому в стиле вилл французской Ривьеры. Внутри повсюду восточные ткани, фигурки Будды, гитары – Сигал утверждает, что всего их более двухсот,– и огромные усилители. Стол в холле уставлен семейными фотографиями, но над маленькими снимками детей возвышается большой портрет хозяина – он на пике популярности, худой и прищурившийся. Каминная полка уставлена странными наградами: вот медаль за работу телохранителя, вот какой-то приз за стрельбу и статуэтка «Знаменитости года» от загадочной компании Asia Inc. Рядом стоит 35-сантиметровая фигурка самого Сигала в спортивных регалиях.
Хозяин не спешит спускаться, и от скуки я выхожу в заросший сад, в котором расположился скромный буддийский храм. Среди чахлых деревьев и густой травы наступаю сразу на две кучи дерьма. Это отметились гончие Гамлет и Хаос, каждая размером с маленькую лошадь. Едва я успеваю отмыть ботинки в гостевом туалете, как входит он. Куртка с капюшоном, военные штаны и высокие ботинки – в таком наряде только в Ирак ехать. Сигал спрашивает фотографа, где тот взял свои бусы. «В Монголии»,– отвечает фотограф. «Вот как,– задумчиво произносит Стивен.– Знаешь, я сам немножко монгол». Затем протягивает мне для пожатия три загорелых, покрытых венами пальца и с удивлением пялится на мой гитарный чехол.
– Э-э-э… Это моя гитара. Не хотите сыграть?
– Конечно. Почему бы и нет? Гитару мне!
Гробовая тишина. За окном щебечет птичка.
– Я сказал: гитару мне!
Никто не отвечает. Я смотрю в пол.
– Боже. Кажется, черт возьми, мне придется пойти и взять самому!
Стивен встает и проходит метра полтора до стола, на котором лежит гитара. Вынимая инструмент, он впервые улыбается. Я сразу вспоминаю ту сцену в «Терминаторе-2», когда Арни находит в тайнике ленточный пулемет и на его лице появляется самодовольная ухмылка. Очень похоже.

«Ударь меня!»
Наконец звук подключен, и в то мгновение, когда я играю Back in Black AC/DC, а Сигал выводит ревущее соло, я вдруг вижу, как высокомерность исчезает из его глаз. Мы импровизируем почти в унисон – словно сливаемся в полете сквозь старый добрый рок. С гитарой он обращается виртуозно, пальцы летают вверх-вниз по грифу. Я слегка отворачиваюсь от него и кивком головы показываю, что мы должны встать друг к другу спиной. Он с безразличным видом отворачивается. Да, вероятно, это слишком. Но следующие три минуты просто великолепны. Я заглядываю в душу не того Стивена Сигала, который выбивает зубы бильярдным шаром, завернутым в полотенце. Передо мной воплощение мудрого, старого луизианского блюзмена, изливающего свое отчаяние по поводу несовершенства мира. Изумительно! Только от подошвы попахивает собачьим дерьмом.
После музицирования Сигал совсем растаял и предложил сделать пару кадров с пистолетом: вытащил из кармана полуавтоматическую пушку и сообщил, что, как офицер полиции, обязан проинформировать меня о наличии у него заряженного оружия. Во время съемки Сигал командует фотографу снимать только сверху – чтобы не было видно второго подбородка. И вдруг все внезапно кончается. Он выходит на улицу и затевает перепалку с соседом, который собирается пристроить что-то на подъезде к дому. Затаив дыхание, я выхожу в сад и, высматривая собачьи кучи, словно противопехотные мины, продвигаюсь к воротам. Но голос останавливает меня: «Хочешь посмотреть боевые приемы?»
«Ударь меня!» – в следующую секунду рычит Стивен. Я выбрасываю правый кулак в направлении его лица, а он быстро поворачивается на каблуках, хватает мои пальцы, наступает мне на правую ногу и выкручивает запястье. Раздается характерный хруст, я ору, а Сигал довольно хмыкает: «Ты покраснел». Без обид. Мы снова пожимаем друг другу руки, на сей раз я получаю всю пятерню.

Сквозные ранения
Дорога домой прошла как во сне – я поиграл на гитаре с самим Стивеном Сигалом. Я сижу, жду посадки на самолет и вдруг начинаю грустить. Когда-то этому человеку дали золотой ключик от Голливуда – а он его потерял. Нет, по совести говоря, ходят слухи, что карьера Сигала началась с пари. Якобы Майк Овиц, хозяин кастингового агентства «Талантливые артисты», поспорил как-то с друзьями, что может звездой кого угодно, хоть своего личного фитнес-тренера. Им был Сигал. Тем не менее с 1988 по 1992-й он был таким же непобедимым, как его герои. Пуленепробиваемым. Он был, как сказал один персонаж «Смерти вопреки», «самым неудержимым сукиным сыном из всех, кого я когда-либо знал».
Однако в 1992-м он затормозил и больше не двигался вперед. В то время как его современники Сталлоне, Шварценеггер и Уиллис меняли амплуа – или хотя бы понимали, что их ждет в ближайшие годы,– он никогда не участвовал в голливудских играх. Последствия непримиримости налицо: ему 57 лет, его фильмы, минуя широкий экран, выходят сразу на DVD, а дублеры делают за него каждый выстрел, который требует хотя бы малейших усилий.
Впрочем, Сигал производит впечатление человека, который знает себя, как никто другой, и смотрит на жизнь с буддийским спокойствием. «Можно отобрать у меня деньги и славу,– говорит он.– Я не воспринимаю себя как обладателя всего этого. Я совершил много ошибок, но я не боюсь смерти. И, что еще важнее, не боюсь жизни».



Сильвестр Сталлоне
62-летний Слай получил премию «Золотая малина» как худший актер столетия и снялся в рекламе русской водки. В Австралии его обвинили в контрабанде стероидов, а сам он подал в суд на клинику, сделавшую ему неудачную подтяжку лица. Тем не менее он продолжает снимать и сниматься в кино

В последней на сегодня серии «Рэмбо» вы по-прежнему носитесь по джунглям и убиваете плохих парней. Не слишком ли вы стары для этого?
Меня изрядно попинали после выхода «Рэмбо IV», но я стараюсь не обращать на это внимание, а просто заниматься своим делом. Да, мне во время съемок пришлось постоянно сидеть на диете, три месяца я каждый день ел одно и то же на завтрак, обед и ужин: лобстер, грибы, яйца, манго и белковый коктейль. Дело в том, что я был так занят ролью и всей организацией съемок, что у меня не было времени тренироваться. За два месяца всего пять тренировок!

А в последнем «Рокки» вы смотритесь очень мощным. Стероиды помогают?
Я принимаю гормон роста, а он не стимулирует наращивание мышц. Он укрепляет связки и помогает против артрита. У меня есть на него рецепт. Я всем рекомендую гормон роста. Моя мама его принимает, понятно? Моя мама. Но поскольку известно, что его пьют бодибилдеры, всё валят в одну кучу.

А правда, что ваша мама может предсказывать будущее по заднице?
Моя мама прожила очень яркую жизнь. Когда-то она работала в цирке на трапеции, к тому же она первая из известных мне женщин, у кого в 50-е годы было шоу с бодибилдингом, которое показывали по телевизору. И еще она астролог с мировым именем, хиромант. Да, она изобрела «задологию». Да, у нас очень близкие отношения, но я не разрешаю ей читать по моему заду, потому что у этой истории может быть грустный конец.

И в «Рокки Бальбоа», и в «Рэмбо IV» вы стали автором сценария, продюсером, режиссером и исполнителем главной роли. Не тяжело было?
Я действительно недооценил, насколько тяжело все это будет. Снимать «Рэмбо», кстати, было раз в двадцать труднее, чем того же «Рокки». К тому же приходилось руководить коллективом из 600 человек, причем у каждого были свои представления о том, что делать с фильмом. Так что это был сплошной стресс.

Кто бы победил в бою между Жан-Клодом Ван Даммом и Стивеном Сигалом?
На вечеринке в моем доме в Майами в 1997-м они собрались все: Арни, Брюс Уиллис… Сказка, а не вечеринка. Но Сигал все время повторял, что при встрече надерет Ван Дамму задницу. Тому это надоело, и он отозвал Сигала на задний двор. Стивен извинился и ушел. Но Ван Дамм порядком обозлился тем вечером, нашел его в ночном клубе и снова предложил бой. Сигал снова начал играть в Гудини – думаю, Жан-Клод просто был слишком сильным для него.

А с Ричардом Гиром вы, случаем, не дрались?
В 70-х мы вместе работали над фильмом «Лорды из Флэтбуша», но никогда не симпатизировали друг другу. Однажды мы сидели в машине, и он накапал мне на брюки жирным сандвичем. Тогда я локтем двинул Гиру по голове. А теперь он почему-то думает, что это я запустил слух о песчанке – якобы врачи нашли у него в заднице мышку песчанку и долго-долго ее извлекали. Но это не так.

Раз уж речь зашла об Арни, помните, в «Близнецах» он проходит мимо афиши «Рэмбо: первая кровь», смотрит на ваши мускулы, затем на свои и смеется. Вас это задело?
Нет. Раньше мы были врагами, потому что каждый из нас хотел стать самым популярным героем боевиков, но теперь мы друзья. К тому же в фильме «Разрушитель» я вполне отыгрался: там его именем в будущем назвали библиотеку.

Так кто же все-таки в этом противостоянии победил, вы или Арни?
Пусть зрители решают. Хотя абсолютно очевидно, что карьера Арнольда сложилась лучше моей. Думаю, он чудо природы. Он великолепен – у него целых три звездные карьеры, и в каждой из них он был воплощенным величием. Его амбиции пугают. Если бы изменили американскую конституцию, он стал бы президентом.

В 80-е вы были звездой номер один. Какие у вас были отношения с женщинами и что сейчас?
Даже моя жена говорила, что я был просто ужасен – абсолютно равнодушен ко всему, кроме себя самого. Теперь я научился слушать других. Видел бы ты мой дом – одни бабы! Даже собаки у меня суки, равно как и домработница. Я не могу победить ни в одном споре, в 95% случаев женщины правы. Возможно, они излишне эмоциональны, но, когда они говорят, что у тебя туфли дерьмо, а галстук вообще ни к чему не подходит, чаще всего так оно и есть.


Жан-Клод Ван Дамм
Он сражался «За честь. За любовь. За справедливость» и при каждой возможности старался сорвать рубаху и обнажить правый бицепс. В 1988–1994 годах Ван Дамм получал по $6 миллионов за роль. Теперь 49-летний актер мучительно собирает деньги на каждый новый фильм, верит в инопланетян, а на досуге исцеляет умирающих собак

Он великолепно смотрелся на лошади палящим из автомата в «Трудной мишени». В «Универсальном солдате» на пару с Дольфом Лундгреном спускался на веревке по плотине Гувера, а в «Кикбоксере» исполнил самый безумный танец на свете. Зрители ломились на его фильмы, а критики в голос высмеивали. Ведь в прошлом Ван Дамм был вышибалой в бистро, которое держала жена Чака Норриса, и получил шанс, когда последний дал ему крошечную роль в боевике «Пропавшие в бою». Из-за маленького роста (175 см) ему отказали в роли пришельца в «Хищнике». Ван Дамм сидел на кокаине и лечился в реабилитационной клинике. Он вечно привирает. Однажды он заявил, что может из положения лежа поднять вес в 165 кг. В другой раз клялся, что трахнул Кайли Миноуг во время съемок «Уличного бойца». А еще он был пять раз женат, причем два раза на одной и той же женщине – его нынешней жене Глэдис. В 2001-м он возбудился, когда танцевал на бразильском ТВ.

Разговор с салями
С «мускулами из Брюсселя» я встречаюсь в Дубаи, в шикарной гостинице «Бурж аль-араб», куда актер приехал отдохнуть. Сообщаю швейцару, что иду к господину Ван Варенбергу – он остановился под настоящим именем,– и прохожу внутрь мимо стен, сложенных из аквариумов с экзотическими рыбами. Ван Дамм открывает дверь сам. Короткая стрижка, седая щетина, толстые очки в роговой оправе, зеленая майка в обтяжку, на ногах мягкие туфли с золотыми пряжками. Плохое начало. Он беспрестанно кусает ногти и не выпускает из рук Marlboro Light. На лбу я замечаю огромную шишку.
Во время беседы Ван Дамм то и дело вскакивает с дивана и оживленно прыгает по комнате. На пятой минуте внезапно пускается в самоанализ, который лавиной обрушивается на меня. «Когда я был ребенком и жил в Бельгии, единственное, чего я хотел,– стать знаменитым и произвести впечатление на двух девчонок, в которых был влюблен. Я хотел стать…– Он выбрасывает руки вперед, изображая взрыв планеты.– Звездой! Когда они уходили заниматься любовью с другими мальчиками, я не мог поверить, насколько несправедлива жизнь».
Я представляю 11-летнего Жан-Клода в огромных очках: он сидит в цветочном магазине отца, гладит кокер-спаниеля и утешает себя на французском. «Но, в конце концов, я должен был винить только себя,– вздыхает он.– Все началось с хорошего отеля и авиаперелета первым классом. А затем внезапно у тебя появляются два телохранителя, личный самолет, вокруг женщины, выпивка. Агенты мной занимались плохо: разрешали кататься на «феррари», водили в самые крутые клубы. А я простой парень из Бельгии… И вот я несусь на всех парах по Лос-Анджелесу, пьяный в хлам,– я любил такие трюки. Слава богу, хоть жена недавно ко мне вернулась. Теперь я даже не хочу заниматься с нею любовью – хочу просто держать ее за руку. Знаешь, все считают меня таким донжуаном. А я не такой, я не очень сексуальный человек».
Слегка шокированный этим монологом, я забываю все вопросы, а его мысль уже скачет дальше – теперь он рассказывает, как подобрал девять бродячих собак в Таиланде и отправил в Бельгию на частном самолете. «Это стоило мне кучу денег, даже мои сыновья не летают бизнес-классом. К тому же я не так богат, как все думают. У одной нет задних ног. Другая совсем облезла и страдает припадками. Третью сбила машина, и я вожу ее на каталке. Одна собака умирала, но я поговорил с ней, и она начала двигаться. Я положил ее в большую клетку и провел с ней ночь. А когда утром проснулся, она написала на меня. Зато была здорова».
– Вы хотите сказать, что наделены магической силой?
– Да, сам не могу этого объяснить. Я исцелил двоих человек от неизлечимой болезни. Одного в Ванкувере, другого в Израиле. Я попросил родных выйти, потом посмотрел умирающим в глаза, и они выздоровели. Понимаю, это кажется странным. Надо просто поверить.
Следующие минут десять наш разговор выглядел примерно так. «Представь, я иду в банк, прислоняюсь к стене, а там у салями артерия. Я говорю «салями», потому что это вкусная колбаса. А где артерия, питающая салями?» Долгая пауза. «Это как в жизни. Если у тебя есть ответ, прежде чем кто-то задаст вопрос, это безупречно с математической точки зрения». Нет, постой, объясни про салями. «Еще я верю, что мы не одни во Вселенной». Пришельцы? «Ну, как вулканические черви. Вселенная, этот зверь по имени планета Земля,– это сокровище!»

Человек народа
Я все еще пытаюсь прийти в себя, а он уже скачет дальше. Долго рассказывает о своей любви к Арни, который уговорил его сбежать из рехаба, и вспоминает встречу с Владимиром Путиным: «Он сказал, что в России меня любят, потому что я бренд. Я ответил: «Нет, мистер Путин, это Том Круз и Брэд Питт – большие звезды». А он: «Неправда, Жан-Клод, вы человек народа, как и я. Вы бренд». И знаете, он прав. Конечно, я не D&G, не Armani, даже не Gap. Я Levi’s. И тем не менее я бренд, черт меня побери».
А как получилось, что у такого бренда уже одиннадцать лет не было больших премьер в кинотеатрах? Ван Дамм откидывается на диване и затягивается сигаретой: «Ладно, признаю, я не совершил ничего великого. У Сталлоне есть Рокки. Том Круз приблизился к этому со своим фильмом «Рожденный 4 июля». Мне и нужно-то всего-навсего снять один великий фильм типа «Французского связного», и я смогу расслабиться, зная, что сделал что-то особенное. Вот почему я вложил столько собственных денег в картину «Путь орла».
Это не первая его режиссерская работа, он уже ставил «Тайну ордена», про которую Роджер Мур сказал: «Это худшая картина, в которой я только снимался». Но «Путь орла» – первый фильм, для которого Ван Дамм еще и написал сценарий. Представь себе ленту «Таксист», только без Де Ниро и в Индонезии, да еще с каким-то духовным орлом. «Видишь этот кадр? – спрашивает Ван Дамм, показывая мне любимые моменты из фильма.– Это прекрасно! Настоящий Феллини!»
Уже в дверях, провожая взглядом бегущих мимо номера детишек, он завершает сеанс самоанализа так же неожиданно, как начал: «Я сплю по два часа в день. Я знаю, продюсеры не жаждут финансировать мои фильмы из-за моего бесшабашного прошлого. Денежные мешки интересуются, как они смогут управлять этим монстром. А я притих, совсем притих… Зато я всегда буду королем видео!»


Дольф Лундгрен
Хотя фильм «Рокки-4» вышел почти двадцать лет назад, Лундгрена до сих пор называют Иван Драго, как будто не было ни «Красного скорпиона», ни «Карателя». Но даже в свои пятьдесят он по-прежнему выглядит как машина для убийства, вот только волосы красит

На самом деле Лундгрен не так прост, как кажется: помимо черного пояса по каратэ он имеет диплом магистра по химическому машиностроению и говорит на пяти языках. Еще он служил в элитном корпусе морпехов, а в 1980–1981 годах был чемпионом Европы по каратэ. Однако в Голливуд его привели не высокий интеллект или спортивные достижения, а тогдашняя подружка Грейс Джонс. Эта мадам с квадратной стрижкой играла девушку Бонда в фильме «Вид на убийство» и выпросила для бойфренда роль главного подручного главного злодея. И вот против этого человека всего через неделю мне предстоит выйти на ринг – агент Лундгрена попросил совместить интервью с тренировкой, якобы у актера сейчас очень плотный график.
Всю неделю меня мучили страшные сны. Я вспоминал рассказ Сталлоне, как во время съемок «Рокки-4» Дольф чересчур увлекся и заехал ему в солнечное сплетение. В ту ночь Слая вертолетом переправили в ближайшую больницу: врачи опасались, что может случиться остановка сердца. Затем приятель прислал ссылку на видео, где Лундгрен одним ударом разбивает шесть ледяных блоков. В довершение всего представители Дольфа сообщили, что, несмотря на возраст, его рост по-прежнему два метра и весит он 120 кило. Прямо как в пресс-релизе, который много лет назад японцы написали к премьере фильма «Разборка в маленьком Токио»: «Дольф Лундгрен – бодибилдер трехметрового роста из страны возле Северного полюса, сын охотника на медведей, выросший в самой дикой глухомани, какой больше нет нигде на земле».

Принужденный к бою
Наконец наступил день схватки. Я собираю спортивную сумку, ловлю такси и пытаюсь придумать план защиты. Моя главная задача – взять хорошее интервью, конечно. И еще остаться в живых. У входа в спортзал меня встречает агент Лундгрена: оказывается, Дольф уже полчаса как на месте, накачивает мышцы перед битвой. Я распахиваю дверь в «качалку» и замечаю, как пергидрольный детина поднимает над головой гантель весом раза в два больше меня. На дрожащих ногах подхожу к нему, пожимаю руку и смотрю в его добрые, безумные глаза. «Итак,– широко улыбаясь, говорит Дольф,– я хочу закончить силовую тренировку, хлебнуть морковного сока, а потом начнем. Идет?» Какой приятный человек! – думаю я. В нем нет и тени превосходства или эгоизма, просто человек, который занимается своим делом. И после морковного сока превратит мое лицо в гуляш.
В этом зале Лундгрен тренируется всегда, когда приезжает в Лондон,– а большую часть времени он живет в Испании. Британцы из числа постоянных посетителей спортзала уже не обращают внимание на присутствие Ивана Драго, а вот итальянцы почему-то приходят в дикий восторг. «Они всегда задают мне один и тот же вопрос: «Где Рокки?» Ха-ха, смешно! Впрочем, я благодарен Сталлоне за то, что во время съемок «Рокки-4» он взял надо мной шефство. Мы вместе тренировались, он показывал мне приемы и вел себя как наставник. Я был мальчишкой из маленького шведского городка – и вдруг стал получать такие деньжищи. В общем, я наслаждался жизнью. Об одном жалею: что не спланировал свою карьеру так же педантично, как некоторые мои коллеги. Но ведь я викинг, а мы любим пить и не принимать ничего близко к сердцу».
Впрочем, и сегодня Дольф не утратил свой звездный статус – даже молодой официант, принесший морковный сок, прошептал уходя: «Класс!» Но больше всего Лундгрена любят, конечно, в России. «У них самих нет мировых знаменитостей среди актеров боевиков, вот они и приняли меня как своего,– говорит он.– В те времена я наслаждался жизнью. Помню, как-то переспал с одной девчонкой… Ну, вокруг меня тогда вились женщины. А утром друг говорит: «Дольф, знаешь, кто это был? Знаменитая порнозвезда!» Ха! А я и не в курсе». Судя по улыбке, он до сих пор с удовольствием вспоминает эту историю. Я искоса поглядываю на стакан с морковным соком, Дольф замечает это и словно в оправдание говорит: «Вообще-то мне нравится пить текилу, я без ума от ее вкуса. Однажды за один присест выпил 30 порций. Но я такой большой, что меня это не свалило с ног. Так начнем?»

Второй номер вылетает
И вот, как в кошмарном сне, я смотрю Ивану Драго прямо в солнечное сплетение. «Я должен сломать тебя,– растягивая слова, произносит он свою коронную реплику из «Рокки».– Я тебя уничтожу, империалистическая свинья». Кроме шуток, это самый страшный момент в моей жизни. Дольф бьет своими красными перчатками по моим черным и кивает: «Не забывай поднимать колени для защиты. Да, забыл тебе сказать: по груди я тоже буду бить сильно». Прекрасная новость!
Тут тихо звенит колокольчик, и Дольф с мрачным видом обрушивает на меня град ударов. Я прижимаю руки к голове и пытаюсь выставить колени для защиты, но тогда его острые, как бритва, голени бьют меня по ногам. Это настоящий ад. В какой-то момент Дольф явно входит в азарт и, сделав ложный выпад, бьет мне прямо в пах. «О-о, извини!» – гогочет он и наносит удар по лицу. Над верхней губой у меня висит кровавая сопля, я чувствую во рту привкус железа.
Но внезапно посреди этого шквала ударов случается странная вещь: я вдруг замечаю, что лицо Дольфа не защищено. Сердце начинает молотить еще быстрее, я собираю остаток сил, стискиваю зубы и выбрасываю вперед правую руку. Удар! Моя перчатка попадает прямо в гигантскую физиономию Лундгрена. Он испускает стон, голова откидывается назад, и из вытравленной перекисью шевелюры поднимается столп брызг. Боже, я только что дал в морду самому Дольфу Лундгрену! «Хороший удар,– гудит он и предлагает сделать перерыв.– Очень хороший».
Залезая в такси, я с гордостью смотрю на правый кулак и осторожно ощупываю распухший нос. Затем откидываюсь на сиденье, застегиваю ремень на ноющей груди и улыбаюсь. И еще думаю, какие чувства можно испытать, когда дашь по зубам Чаку Норрису.


Чак Норрис
Он стал звездой после фильмов «Око за око», «Одинокий волк» и «Отряд «Дельта». Сейчас главному техасскому рейнджеру 69 лет, он ударился в религию и пишет морализаторские колонки, в которых ругает Барака Обаму и проповедует любовь к Христу

Вот в сокращенном варианте одна из старых колонок Чака – о том, кого можно назвать самым выдающимся мастером боевых искусств в истории. Поводом послужил онлайн-опрос журнала Parade. Читатели выбирали из пяти предложенных кандидатур, в числе которых были Брюс Ли, Джет Ли, Стивен Сигал, Жан-Клод Ван Дамм и Чак Норрис. Проголосовали почти 46 тысяч человек, из них 52% отдали свой голос за Чака.

Десятилетия талантливых соперников
Особенно бурно боевые искусства развивались в последние 50 лет, причем великие мастера осваивали и развивали технику, основанную прежде всего на традициях Китая, Окинавы, Кореи, Японии и Бразилии. Я с огромной ностальгией вспоминаю знаменитых бойцов прошлого: Аллена Стина, Скиппера Муллинса, Роя Курбана, Майка Стоуна, Джо Льюиса. Я всегда буду хранить в памяти бои, которые провел с этими бойцами, и нашу дружбу…

А как насчет Брюса Ли?
Брюс Ли имел хорошую реакцию и учился у всех подряд. Он никогда не придерживался одного стиля, точнее, он не верил, что какой-то один стиль и есть самый лучший. Он говорил, что все имеет сильную и слабую стороны и в любом стиле он хочет найти сильную. Он был восприимчив ко всему новому и постоянно учился у других.
Когда я начинал работать с Брюсом, он признавал только удары ниже пояса, которые почерпнул из вин-чуна. Я уговаривал его не ограничивать себя и хотя бы просто научиться бить выше, пригодится это или нет. Когда я начал исполнять удар ногой с разворота, Брюс тоже им заинтересовался. Через полгода он уже выполнял этот прием как никто другой. Он тренировался со мной, Джо Льюисом и Майком Стоуном и набирался мастерства от каждого из нас, а мы – от него. Таким образом, он постоянно совершенствовал технику боя, и мы вместе с ним. В этом плане Брюс пошел дальше всех.
Он был грозным соперником на экране и в жизни, однако мало кто знает, что он никогда не выступал профессионально. Хотя я уверен, если бы он все-таки занялся этим, то стал бы чемпионом мира. Он прославился благодаря сериалу «Зеленый шершень» и обессмертил свое имя фильмами «Возвращение дракона» и «Выход дракона», где в ныне хрестоматийной сцене мы сражаемся в римском Колизее.
Помимо того, что он двигался со скоростью молнии и был невероятно силен, Брюс обладал даром убеждения: ему удалось убедить меня, чемпиона мира по каратэ, потерпеть поражение в кино! И тем не менее я по-настоящему наслаждался спаррингом с Брюсом и с удовольствием проводил с ним время. В жизни он был таким же обаятельным и дружелюбным, как на экране.

А что Джо Льюис?
Джо был великий боец с превосходной техникой. Никогда не забуду, как в 1967 году мы с ним выиграли все матчи на международных соревнованиях и нам предстоял бой между собой. Это была наша третья встреча за звание чемпиона за последние два года. В отличие от двух предыдущих, эта больше напоминала шахматную партию – каждый из нас боялся сделать малейшее ошибочное движение. Пошло дополнительное время – тот, кто нанесет первый удар, должен был стать чемпионом.
Я перешел в нападение, но Джо великолепно защищался. Я немного расслабился, сделал вид, что завершил атаку. Джо тоже расслабился. Тогда я нанес удар слева и попал ему по лицу. Судьи подняли флажки, показывая, что удар засчитан,– так я стал чемпионом мира!
Еще раз мы с Джо сражались на турнире Аллена Стина в Далласе, штат Техас. На этот раз Джо победил и стал чемпионом. Я вежливо поздравил его с победой – и только после этого мы наконец стали друзьями.

Так кто самый крутой?
Как бы я ни любил соревноваться, но чем больше я читаю Библию, тем острее понимаю, что мордобой – это не тот путь, который приносит удовлетворение в жизни. Радость от страданий другого недостойна похвалы. А возвеличивание других за счет самоуничижения – достойно.
Кто-то может спросить, зачем тогда я занимаюсь обучением юношества боевым искусствам, и даже назвать единоборства одной из форм насилия. На самом деле все ровно наоборот. Задира всегда боится, поэтому первым нападает он, а вовсе не тот, кто уверен в себе, потому что обучен основам самозащиты. Последний живет с чувством собственного достоинства, он приучен уважать окружающих, а не избивать их. Когда мы воспитываем у молодых людей представление о собственной значимости и у них нежданно-негаданно пропадает желание вступать в бой – это лучшее чувство на земле.
Так кто же самый великий?
Если честно, я не достоин того, чтобы отвечать на этот вопрос. Но есть Тот, кто достоин. И Его ответ применим к боевым искусствам в той же мере, как и к любой другой области человеческой деятельности. Когда апостолы «рассуждали между собою, кто больше», Иисус подозвал дитя и сказал: «Кто примет одно из таких детей во имя Мое, тот принимает Меня… Кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою».
Важно быть не великим чемпионом, а величайшим слугою, только это имеет значение. Понимаю, может показаться, что мне легко так говорить, потому что я шестикратный чемпион мира, но я искренне верю в эти слова. Мне потребовалось слишком много лет, чтобы понять, что великими нас делает не восхождение по лестнице успеха, а служение, которое мы несем в жизни.

Прикрепления:
Категория: | Просмотров: 2977 | Добавил: Another | Теги: | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Copyright MyCorp © 2018 Сайт управляется системой uCoz